Warning: file_put_contents(/var/www/trudprava.ru/plugins/system/yt/includes/libs/minify/config.php) [function.file-put-contents]: failed to open stream: Permission denied in /var/www/trudprava.ru/libraries/joomla/filesystem/file.php on line 418
Рабочее движение после глобализации: есть ли у него будущее?

Статьи: Разное

23/11/2014

Рабочее движение после глобализации: есть ли у него будущее?

Лекция Эдварда Вебстера - профессора Института общества, труда и развития (SWOP) Университета Витватерсранда (Йоханнесбург), директора института им. Криса Хани, главного редактора Global Labour Journal, которая состоялась 13 ноября 2014 на юридическом факультете Высшей школы экономики.

Презентация выступления

Добрый день.
Для меня огромная честь воспользоваться возможностью выступить перед вами, поделиться своими идеями и соображениями, а также получить возможность больше узнать о проблемах, с которыми вы сталкиваетесь в Российской Федерации в области трудовых прав.

Английский историк профессор Карр как то сказал: «То что вы видите, зависит о того с какого холма вы на проблему смотрите». Мой холм находится на юге африканского континента, и именно с этой позиции я оцениваю рынок труда и мировой глобальный рынок, а также проблемы нашего макрорегиона, который иногда называют глобальным югом. Сегодня в ходе своей лекции я хотел бы поделиться с вами взглядом с самой южной точки мира, из ЮАР. Я не экономист, я социолог. Экономист Пол Кругман, лауреат нобелевской премии, описал мою специальность через реинкарнацию. Он сказал: «Если вы хороший экономист, то в следующей жизни вы будете физиком. Если вы плохой экономист, то в следующей жизни станете социологом». Итак, сегодня я выступаю перед вами не в качестве юриста, не в качестве экономиста, а именно в роли социолога.

В первую очередь я хотел бы поговорить о будущем рабочего движения. В заголовке я поставил вопрос: «Есть ли у него будущее?». Я имел ввиду коллективную организацию рабочих в рамках профсоюзов. И я озаглавил доклад «после глобализации?». Тему я выбрал не случайно, это своего рода полемика с экономистом Гаем Стэндингом, который заявляет, что глобализация подводит черту под рабочим движением. Гай Стэндинг говорит о том, что пора по-новому взглянуть на вопросы труда и трудовых прав. В своей книге «Труд после глобализации» он пишет, что связь трудовых прав с подписанным трудовым договором устарела. Мы все стремимся к тому, чтобы иметь права связанные с профессией, но коллективные права - это своего рода патернализм, устаревшее положение. У всех должна быть возможность развивать свой личный потенциал и работать, подчиняясь условиям 21 века. В его книге рассматривается возможность постепенного отхода от трудового законодательства и переориентация коллективных переговоров на индивидуальные договоренности. Он говорит, что все более увеличивается важность взаимодействия между группами работников и гражданами, а также между трудом и капиталом. Об этом я и хотел бы сегодня поговорить.

Итак, о рабочем движении после глобализации. Я попытаюсь показать, что у него есть будущее. Также я хотел предложить вам подумать о том, как глобализация изменяет природу рабочего движения, что в ходе этого появляются новые ресурсы влияния, и новые формы организации. Глобализация является не только силой, разрушающей профсоюзное движение, но и дает ему новые возможности. Но для того чтобы ими воспользоваться, нужно их видеть, понимать как использовать, нужно применять стратегическое планирование, а также гибкие формы организации, для того чтобы оптимизировать влияние профсоюзов.

Рассмотрим влияние глобализации на примерах. Для начала я покажу вам фотографию.

webpit

На ней вы видите заброшенную шахту по добыче золота. Она находится на окраине Йоханнесбурга, моего родного города. Йоханнесбург был основан в 19 веке как город золотоискателей и золотодобытчиков. Золото здесь находится глубоко под землей, иногда на глубине 4 км. На фотографии мы видим влияние глобализации – шахты были заброшены. Но они используются. Работники, простые шахтеры без всякой защиты спускаются под землю и с помощью примитивных отбойников разбивают породу. Добытое золото они продают на нелегальном рынке.

 (Прим. редакции - подобная практика существует на пост-советском пространстве, к примеру о кустарной добыче угля в Донбасе можно посмотреть в документальном фильме "Шахта №8")
Следующая фотография.

webwoman

Вы видите трех женщин. Они обрабатывают золото, занимаются процессом обогащения руды. Смотрите: вручную, без всяких средств защиты от пыли. Посмотрите внимательно, к спинам позади привязаны младенцы. Это пример того, что труд становится неофициальным, неформализованным.
Еще один пример на следующей фотографии.

webpaper

Это очередь в центр переработки вторсырья. На переднем плане видна женщина, которая каждый день собирает макулатуру среди мусора, который люди выбрасывают на улицу. Она продает собранное, это ее основной источник дохода. Переработанная макулатура составляет четвертую по значению продукцию, поставляемую ЮАР на экспорт. Хотя эта женщина работает в этом секторе, она вне официального рынка труда и исключена из стандартной занятости. Она работает сама на себя и на нее не распространяются меры трудовой защиты. Она живет на улице и собирает макулатуру для того чтобы выжить.

webfactory

Еще одна фотография – в самом центре Йоханнесбурга находиться цех по пошиву одежды с очень тяжелыми условиями труда. Здесь трудятся в основном мигранты, приехавшие из соседних стран. У них нет официальных документов, они работают абсолютно нелегально. Они шьют одежду и пытаются свести концы с концами.
Я показал вам все эти фотографии, чтобы подчеркнуть насколько глубоко меняется природа труда и как сильно на эти процессы влияет глобализация. Мы наблюдаем, как очень большое количество людей переходят из стандартной занятости в нестандартную. Они работают без каких либо гарантий и пытаются свести концы с концами. Мой следующий слайд показывает в цифрах то, о чем я сейчас говорю.

web1

У нас в ЮАР экономически активное население составляет примерно 20 млн. человек. В самом центре виден круг - это работники с хорошей, так называемой стандартной занятостью. Их число 6.6 млн человек. Эти работники работают по трудовому договору и имеют определенные гарантии. Следующий круг – это так называемая внешняя занятость. Это заемные работники, нанятые через трудовых брокеров, называемых также частными агентствами занятости. Следующий круг – неофициальная занятость, чаще всего это самозанятое население. А внешний круг составляют безработные. Подводя итоги – у нас лишь треть рынка труда составляют работники с хорошими условиями. Еще 30% - это работа «время от времени» и более 30 % безработные. Почему я об этом говорю? Один из основных признаков рынка труда в ЮАР – больше количество безработных. Я хочу поговорить о неустойчивой занятости и прекаризации труда. (Подробнее о прекаризации можно посмотреть на нашем сайте - прим. редакции)

Глобализация с одной стороны открывает рынки и повышает конкуренцию. С другой стороны, она приводит к тому, что возникает дефицит работ с хорошими условиями труда. Происходит это следующим образом. Либерализация торговых потоков, потоков капитала открывает рынки для международной конкуренции. Представители деловых кругов считают, чтобы выиграть конкурентную борьбу, нужно упростить трудовое законодательство, что слишком жесткое трудовое законодательство не отвечает требованиям глобализации, для которой нужен гибкий рынок труда. Работодателям нужно, чтобы можно было легко нанимать и увольнять сотрудников. В ЮАР это привело к тому, что появились трудовые брокеры, в другой терминологии частные агентства занятости (ЧАЗы). Они не просто помогают находить работников и рабочие места, они на самом деле являются работодателями, поставляющими внаем рабочую силу другим работодателям. С помощью такой системы обходится трудовое законодательство.

Одновременно появился аутсорсинг достойного труда. Некоторые виды труда стали отдаваться на подряд ЧАЗам. Произошел подрыв стандартной занятости. Аутсорсинг – это деформализация трудовых отношений «сверху». Снижение трудовых стандартов привело к тому, что у нас появились виды занятости на грани выживания. Сотрудники находятся в уязвимом положении, они готовы согласиться на любые условия, лишь бы получить работу. Происходит деформализация «снизу». Ведь лучше где-то работать, чем не работать нигде, лучше плохая работа, чем ее полное отсутствие. Они пытаются лишь выжить. Я называю такой вид занятости «работа ради выживания».

web2

В результате деформализации «сверху» и «снизу» происходит полная эрозия стандартов. Логика глобализации – появляется все больше и больше неустойчивой занятости.
Вопрос, который я хочу задать: «Может ли труд найти ответ на эти проблемы и вызовы?». Посмотрим, как отреагировал рынок труда. Существуют две основные парадигмы:

1. Неолиберальная. Она заключается в том, что нужно приспосабливаться и проявлять большую гибкость. «Когда идет прилив – нужно учиться плавать». Нужна переподготовка рабочей силы. Следует получать новые навыки, создавать конкурентные преимущества, развивать те отрасли, где есть преимущества. И минимизировать издержки регулирования. Переезжать туда, где появляется производство. Другими словами – если в Индии и Китае можно дешево шить обувь, то эти страны получают конкурентное преимущество, поскольку там низкая стоимость рабочей силы. Вы перестаёте производить обувь у себя и переводите производство туда. Что произошло в ЮАР? Мы открыли рынок и сюда пришли китайские производители дешевой обуви и это разрушило обувную индустрию в ЮАР. В Англии произошло тоже самое. В рамках неолиберальной парадигмы, в этом нет ничего плохого, произошло международное разделение труда. В мировой товарно-сырьевой цепочке существуют такие компании как «Nike». Что они производят? Обувь? Нет, они не производят обувь, обувь шьется в Индонезии, Китае, Бангладеш. Они создают концепцию, бренд, идею. Как зовут американского баскетболиста, который говорил «Just do it»? Правильно, Майкл Джордан. Американцы участвуют в глобальной товарно-сырьевой цепочке. Майклу Джордану платят 50 млн. долларов чтобы использовать его имя в бренде. А женщина, которая непосредственно шьет обувь, находится на самой низшей ступени товарно-сырьевой цепочки и получает три доллара в день. Экономическая теория, которая сводится к тому, что самое главное - это конкурентное преимущество, хороша. Проблема в том, что в результате такого "преимущества" появляются зоны с очень низкой стоимостью труда.

2. Вторая концепция полностью противоположна первой. Её можно назвать анти-нео- либеральный глобализм. Название очень условное, поскольку включается в себя совершенно различные течения: от глобальной социал-демократии до каких то радикальных групп. Сторонники этой парадигмы считают, что глобализация - это политический проект, созданный для того чтобы нарастить влияния капитала на государство и трудящихся. Ее следует ограничивать с помощью различных нормативных инструментов: трудовых кодексов, правил корпоративного поведения, требования включения социальных статей в торговые договоры, заключение международных рамочных соглашений. А также развивать глобальные профсоюзные объединения, проводить компании за минимальную зарплату, применять международные стандарты труда, осуществлять регулирование мирового капитала, используя суверенитет государства. В рамках этой парадигмы все сводится к тому, что необходимо обеспечить процесс регулирования вопросов труда и занятости на глобальной основе. Это важно, но сегодня я хотел бы поговорить несколько о другом. Я хотел бы поговорить о появлении третьей парадигмы.

3. Эта парадигма возникает в настоящее время, и в первую очередь в развивающихся странах. Можно привести в пример глобальный юг, как наиболее близкий мне по месту жительства и работы. Это парадигма рассматривает рабочее движение в качестве активного игрока. Она противостоит привычному тезису о конце рабочего движения в эпоху глобализации, выдвинутыми такими представителям науки как Мануэль Кастельс и Гай Стэндинг. Этот подход вместо того чтобы сбрасывать рабочее движение со счетов как продукт прошлого, как анахронизм, рассматривает рабочий класс как активного игрока, который реагирует на глобализацию новаторскими, нестандартными способами.

Чтобы несколько расширить свою аргументацию о появлении третьей парадигмы, я хочу, чтобы мы вернулись к истории вопроса том, как создавалось рабочее движение в капиталистическом обществе. Рабочее движение создавалось путем забастовок. Способность останавливать производство с помощью забастовок я бы назвал структурным влиянием. Вторым важным ресурсом рабочего движения стало ассоциативное влияние, т.е. способность коллектива работников создавать профсоюзы или политические партии. Если мы посмотрим на рабочее движение в исторической перспективе, то увидим, что два этих ресурса, два рычага влияния являются его главным источником силы. Как социолог я говорю здесь о достаточно простых вещах, но тем не менее это так: рабочее движение добивалось успехов за счет структурного влияния и за счет ассоциативной власти. Под влиянием глобализации появляются новые источники влияния. В первую очередь это новые формы структурного влияния. На передний план выходит логистическое влияние как форма структурного влияния. Подрывная политика переходит с предприятий на общественную сферу. Т.е. вместо того чтобы использовать свое влияние на месте производства, вы выходите на улицу. Или перекрываете дороги. Вы проводите подрывную политику в общественной сфере. Логистическое влияние – это военная метафора.

Второе влияние, о котором я хотел бы поговорить – это общественное влияние. Это способность профсоюзов выстраивать свою борьбу так чтобы мобилизовать силу, противостоящую гегемонии глобального капитала. Это создание коалиций с общественными движениями или за счет дискурсивного влияния через выстраивания общественной дискуссии. Если мы говорим о правах человека применительно к трудовым правам, то это именно форма общественного влияния.

У нас есть еще один источник влияния, которая наша коллега Дженифер Чун назвала символическим или моральным влиянием.

web3


Приведу примеры, как этими источниками влияния пользуются рабочие, особенно в ЮАР. Четыре примера:

1. Традиционная структурное влияние, когда у рабочих есть ресурс останавливать производство с помощью забастовок. Например, как это произошло на платиновой шахте Марикана, когда шахтеры на несколько месяцев остановили добычу. История оказалась достаточно трагической – 34 человек погибли в результате расстрела полицией. (Трейлер фильма о расстреле забастовки на шахте Марикана можно посмотреть по ссылке - прим. редакции)

2. Организационное влияние. В пример приведу Индию, где рабочие воспользовались преимуществами демократии. Они оказали поддержку тем политическим партиям, которые поддерживали их рабочее движение. Это два старых, классических инструмента влияния. А ниже две новых формы, присущие эпохе глобализма.

3. Логистическое влияние позволяет использовать уязвимость глобального капитала в глобальных производственных процессах, путем выхода на улицы.

4. Четвертое – то что я называю общественным влиянием. Это координация через социальные сети, а также проведение глобальных компаний.
Четыре конкретных примера.
1. Первое – платиновый рудник Марикана. В августе 2012 г. рабочие вышли на забастовку. Это была самостоятельная акция, без участия профсоюза. Этот пример иллюстрирует не то что профсоюзное движение исчезает, а то что рабочее движение возможно без профсоюзной составляющей. На руднике Марикана не было никакого руководства со стороны профсоюза. Протестующие действовали в обход всех существующих структур, созданных для урегулирования споров. Забастовка началась стихийно и продолжалась несколько недель. При подавлении забастовки было проявлено насилие со стороны органов охраны порядка, от рук полиции погибло 34 шахтера. Это была кровавая бойня, которая стала ужасающим примером подавления забастовки. Это пример традиционного (структурного) источника влияния.

2. Логистическое влияние. Это пример фермеров, которые занимаются выращиванием и экспортом винограда на глобальный рынок. Фермеры воспользовались тем, что поставщики должны поставлять высококачественное сырье на европейский рынок в определенный срок. Виноград в основном экспортировался в Великобританию. Благодаря ТВ рекламе, освещению в СМИ, а также тем, что общественное внимание было разогрето расстрелом забастовки на Марикане, которая произошло 2 месяцами ранее, протестующим удалось перекрыть дороги и разрушить урожай в складских центрах. Посмотрите, пожалуйста, на фотографии этого протеста. Протест проходит не на фермах, а на магистралях, в том числе на главной автостраде, соединяющей Йоханнесбург и Кейптаун. Рабочие заблокировали дороги и посмотрите, в протесте участвуют не только сельхозработники, но и широкие представители общественности. Внизу вы видите, что рабочие уничтожают урожай. Это прямое подрывное действие со стороны рабочих, направленное на остановку производства. Что я хотел бы еще подчеркнуть, что появляется новая динамика в использовании классического традиционного инструмента, которой является забастовка. Посмотрите, что произошло – рабочие, которые проживают в таких трущобах, самоорганизовались в практически военную организацию. Это еще и пример того, что как рабочие выходят в общественную сферу, что тоже становится новым источником влияния.

web4

3. Третий пример связан с Индией. Его дали работники неформального сектора, компактно проживающие в трущобах. Эти рабочие воспользовались преимущество вами демократической системы, используя традиционные инструменты нетрадиционным способам. Представители работников заявили что они солидарно отдадут свои голоса политической партии, которая будет представлять их интересы, и содействует реализации их программы. Т.е. политическим партиям пришлось бороться за голоса бедного населения. Мы знаем, что процесс глобализации проходит одновременно с появлением множества политических партий. Здесь использовался инструмент конкурентного популизма. Рабочие не были привязаны к политической партии, не исповедовали конкретной идеологии а воспользовались традиционным источником влияния, таким как право участвовать в выборах, право голосовать. Следовательно, рабочие обменяли свои голоса на достижение определенных политических целей. Это еще один пример как по-новому используются традиционные источники влияния.

4. Последний пример –опыт профсоюза муниципальных работников в ЮАР, попросту говоря, дворников. Со стороны муниципалитетов на работников оказывалось давление, для того чтобы увеличить их гибкость на рынке труда за счет создания неустойчивой занятости. Муниципалитет стал создавать агентства занятости, через которые нанимались работники на аутсорсинг. Появление временных работников влияло на постоянных, возник эффект неустойчивой занятости. В 2011 г. была организована двухнедельная забастовка, в которой одновременно участвовали постоянные и временные работники. Вы знаете, достаточно редко постоянные работники участвуют в забастовке вместе с временными. Забастовка оказалась успешной. Здесь я хочу привлечь ваше внимание, что работники мобилизовались и совместно выступили против коррупции. Они обличали коррупционеров, что добавило законности в их требованиях. Они выступали против чиновников. Здесь работники также использовали общественную силу в сфере общественного влияния.

О чем говорят эти примеры? Вместо того чтобы наблюдать, что рабочее движение подходит к концу, как предсказывал Гай Стэндинг, мы обнаруживаем, что глобализация приводит к возникновению новых источников влияния и новых форм организации. Новые формы эти, к сожалению, очень часто оказываются неустойчивыми. Наблюдается отсутствие связи между этими формами, институциональным влиянием и стратегическими возможностями. Институциональное влияние дает права, но ограничивает пространство действия. Институты формируют взаимоотношения между структурным влиянием и влиянием объединений. Но при этом одних источников влияния нам недостаточно, требуются стратегические возможности, способность находить и использовать источники влияния.

web5

На данной иллюстрации я попытался отразить недостающие измерения. Посмотрите, вот здесь у нас классические источники влияния, структурные – способность останавливать производство. Они приводят к источникам влияния через ассоциации . Сейчас мы видим появление новых источников влияния, общественных. Но если мы хотим, чтобы у рабочего движения было будущее, нам необходимо внести институциональное влияние. Институциональное влияние дает нам права именно с точки зрения юриспруденции. Это фундаментальный принцип, который позволяет нам консолидировать источники влияния и обеспечить их стабильность с течением времени. С одной стороны это тоже ограничение, ведь институты налагают на нас определенные правила, которым надо следовать. Очень многие говорят о том, что бюрократия отодвинута от членов организации, которые принимают участие в этих институтах. Но все равно, институты необходимы для консолидации остальных источников влияния.

Разрешите мне перейти к выводам. Вопрос, который я хочу задать: «Возможно ли восстановление рабочего движения в качестве сильного игрока, или его ждет дальнейшая маргинализация?». Прежде чем ответить на этот вопрос я предложил бы взглянуть на рабочее движение в исторической перспективе. В 30-е годы 20-го столетия в США ученые, занимающиеся изучением вопросов труда, массово предсказывали смерть рабочего движения. Эти зловещие прогнозы делались и в 1932 г. как раз накануне колоссального и широкомасштабного роста профсоюзов, начавшегося как раз в 1932 г.

На основании чего делались эти прогнозы? К началу 30-х годов произошел расцвет фордизма, это привело к подрыву традиционных навыков и способностей работников. Раньше автомобили делались отдельными мастерами. Гениальность Генри Форда и принцип фордизма заключались в том, что они разрушили индивидуальные навыки каждого отдельного рабочего. После введения серийного способа производства на конвейере уже не требовались отдельные высококвалифицированные мастера, а можно было нанимать неквалифицированных рабочих и тем самым снижать стоимость производства. Автомобиль стоил дешевле, и у рабочего появлялась возможность его приобрести. Серийное массовое производство и серийное массовое потребление – две опоры фордизма. До введения конвейера профсоюзные организации были в основном цеховые, их влияние было основано на профессиональных навыках. Но если в серийном производстве один рабочий перестает выполнять свою функцию, то останавливается весь конвейер. В Детройте в 30 годах создалось новый тип рабочего движения, который позволил останавливать производство. Это классический пример структурного влияния. В результате произошел переход от цеховых профсоюзных организаций, к большим профсоюзным объединениям работников с частичными умениями. Возник новый политический субъект – работник с частичными навыками. Этот переход полностью изменил природу профсоюзного движения, именно в 1932 году возникло крупное профобъединение - Конгресс производственных профсоюзов США.

Процесс развития капитализма характеризуется большим количеством противоречий. В рамках этого процесса мы видим, что само производство преобразуется, появляются новые источники влияния. Я не могу ответить на вопрос, в чем же заключается будущее рабочего движения. Сейчас мы наблюдаем переломный момент. Приведет ли глобализация к дальнейшей маргинализации рабочего движения, или, как это случилось 80 лет назад с американскими промышленными профсоюзами, это приведет к формированию нового рабочего движения с новыми стратегиями, новыми политическими ценностями и новыми политическими субъектами? Возможно, эти новые политические субъекты будут не просто промышленными рабочими, а рабочими с периферии рынка труда, которые сейчас находятся в неустойчивых формах занятости, которые сейчас находятся на положении прекаризации. Возможно появится новое движение, которые сможет использовать новые формы влияния.

Вопросы.

Н. Лютов, д.ю.н МГЮА,. Спасибо за интересную лекцию . У меня есть пара вопросов и пара ремарок. Ремарка номер один – действительно, глобализация зашла довольно далеко. Наши страны, Россия и ЮАР находятся на противоположных концах света, но все те печальные примеры, которые вы приводили: неформальный труд, протесты работников, выходящие за рамки закона, захваты дорог, наплыв дешевых нелегальных мигрантов - все это проявляется у нас, также как и в ЮАР. Это конечно общие процессы глобализации. Мой первый вопрос: « Все эти формы протестов, про которые вы рассказывали, проходят на национальном уровне. А проблема глобализации состоит в том, что капитал может свободно переместится из проблемного места, и рабочие со своими протестами остаются ни с чем, т.е. без работы. Именно из за этого происходит то, что в английском трудовом праве называется «гонка на дно», т.е. непрерывная эрозия трудовых прав. Ваше выступление закончилось довольно оптимистично, когда вы привели пример восьмидесятилетней давности из истории США, когда появилась новая профсоюзная структура. Видите ли вы сейчас что-то, что позволило бы работникам зацепиться за свои права ... в ситуации, когда работодатель от них может просто уйти?»

Ремарка номер два по поводу глобализации. Мне кажется, существует устоявшаяся традиция говорить о глобализации как о чем-то объективном, как о природном явлении. В зависимости от взглядов, ее оценивают по разному. Одни как такое стихийное бедствие, неолибералы представляют ее как манну небесную, потому что она несет свободу для предпринимателей и это все замечательно. Но в любом случае, ее воспринимают как нечто объективно существующее, вроде формы земного шара, хотя на самом деле глобализация вызвана не чем–то объективно существующем, а вполне конкретным финансовым регулированием, связанной со свободой перемещения капиталов из одной страны в другую, и с интересами богатых стран в этом перемещении. И сейчас идет дискуссия, что может этот процесс прерваться в какой-то момент. И может быть, вместо глобализации начнется регионализация на довольно закрытые блоки. Что вы думаете по этому поводу?

Профессор Вебстер. Большое спасибо, Никита, за эти интересные, но при этом сложные для ответа вопросы. Я начну с параллели, которую вы провели касательно России и ЮАР. Я был сильно заинтригован, как глобализация воздействует на процессы по всему миру. Как у нас разрушаются трудовые гарантии, безопасность и при этом увеличивается гибкость на рынке труда. Это приводит меня в . Появляется новый класс, прекариат. Раньше мы говорили о пролетариате, классе промышленных рабочих, сейчас же под воздействием глобализации формируется совершенно новый класс, класс людей, занятых на временной работе в неустойчивых трудовых отношениях. Этот класс уже сложился. Те примеры, которые вы приводили, касательно России, о новых формах взаимодействия, о перекрытии дорог, например. Мне кажется, вы затронули два интересных аспекта. Вы правы в том, что я даю несколько оптимистичный взгляд на ситуацию. Но при этом я пытаюсь обосновать свою позицию, опираясь на реальные события. Вы правы в том, что капитализм является глобальной силой, а протесты остаются на национальном уровне. Но я могу привести еще один интересный пример. Это глобальная протестная компания, которая оказалась достаточно успешной. Это произошло в секторе частной охраны, компания Geforce Security, я не знаю, есть ли она в России, эта частная охранная компания? Это американская и британская компания, имеющая филиалы по всему миру. Международный глобальный союз организовал очень успешную компанию по всему миру. Работники компании выступили с требованиями по защите своих прав. Пример интересен тем, что компания – крупнейший работодатель представленный на лондонской фондовой бирже. В Британии были приватизированы тюрьмы, поэтому требуется большое количество охранников и надзирателей, которые как раз работают в этой компании. Филиалы компании имеются и в ЮАР. Это пример того как глобальный профсоюз организовал работников в различных странах. Ответ, который я могу дать на ваш вопрос, состоит в том, что профсоюзы должны также стать глобальными. Я привел вам пример успешного глобального профсоюза. Конечно, на пути создания глобальных профсоюзов стоят определенные проблемы. Я думаю, мы будем наблюдать появление новых барьеров. Ключевая проблема, которая стоит перед рабочими движениями - люди.

Ответ на ваш второй вопрос, то что глобализация это политический проект. Проблема не в глобализации, проблема в неолиберализме. Если мы говорим о глобализации как о развитии информационных технологий, о том, как процесс способствует очень быстрому обмену информацией и, я вижу в этом положительное явление. Проблема глобализации заключается в том, что это нерегулируемый процесс. Его проводят мультинациональные корпорации, которые стремятся к свободному движению капитала, переводу его в более высокодоходные страны. Эта сторона глобализации приводит к подрыву самого понятия справедливой и достойной работы. Следовательно, к этому надо относиться как к политическому процессу и регулировать его глобально. Это приводит нас в область политики. Это действительно не природное явление, это политический проект.

Е. Герасимова, к.ю.н., НИУ ВШЭ
Уважаемый профессор, я хотела бы попросить вас коротко, в самых общих чертах рассказать каким образом сейчас в ЮАР трудовые отношения регулируются в трудовом праве. Здесь присутствует много студентов-юристов и им это будет интересно. Было бы хорошо, если бы вы дали характеристику подходов, которые существуют в сфере регулирования трудовых отношений.

Профессор Вебстер. Вы знаете, в моей стране произошел огромный поворот всей системы трудовых отношений. Когда в 1994 г произошел демократический поворот под руководством Нельсона Манделы, тогда была введена система трудовых отношений, которая была основана в первую очередь на правах рабочих, следованию рекомендациям МОТ, детально я буду говорить об этом завтра. Мы ввели основные права: право на забастовку, право на организацию в профсоюзы, право на коллективные переговоры и договоры, по классической модели коллективного договора. В это время были созданы довольно сильные национальные профсоюзы. Но на самом деле за последние годы мы прошли через двойной поворот. С одной стороны, мы установили эти новые права в рамках демократии, и это было огромным шагом вперед. С другой стороны, в рамках этой же демократии мы открыли наш рынок труда процессам глобализации, которые, конечно же, оказали давление, и это давление привело к эрозии трудовых прав. Многие работодатели стали говорить, что система трудовых прав является слишком жесткой, в деловых кругах мы слышали призывы, что система найма на работу должна стать более гибкой. Мне кажется, это похоже на то, что сейчас происходит и в России. Поэтому я и называю это двойным переходом: с одной стороны вы получаете определенные права, с другой стороны происходит эрозия и разрушение этих прав. В итоге правительство оказалось на перепутье, на него одновременно воздействуют противоречивые раздирающие силы. Мы пришли к тому, что перед нами стоит шах и мат. С одной стороны организованный труд, который возник благодаря демократическим завоеваниям... Вообще именно союз между африканским национальным конгрессом и рабочим движением привел Н. Манделу к власти. АНК чувствовало долг перед рабочими, поэтому бизнес принудили к признанию трудовых прав. Но сейчас возникает такая ситуация, когда происходит деформализация трудовых отношений, переход к неустойчивой занятости, внедрение временных трудовых контрактов. Т.е. процесс достаточно противоречивый: нам пообещали права, но они разрушаются под действием эрозии.

Р. Трауб- Мерц, директор Фонда Фридриха Эберта . У меня есть и вопросы и комментарии. Первое замечание – у нас происходит деформализация трудовых отношений, деградация рабочего движения, у нас создается прекаризация труда в развитых странах. Это происходит уже последние тридцать лет, от Германии до Южной Кореи, и мы не видим никаких положительных признаков того, что труд становится более организованным и возникают какие-то новые формы протеста рабочих. Как вы думаете, в том, что касается мотивации, какая может быть мотивация для прекаризационных работников в развитых странах, чтобы появлялись новые формы протеста, новые источники влияния? Это такое мое пессимистичное замечание. А если быть оптимистичным, то мы сейчас видим, что в так называемых развивающихся странах происходит формализация труда, например в Бразилии это происходит последние 10-15 лет. Люди получают доступ к системе социальных гарантий, к постоянным формам занятости. Сейчас мы видим, что в Китае происходит подобный процесс. Мне кажется процесс, что в мире появляются дешевые товары из за того, что в работу вступают мигранты, согласные работать за небольшую плату, мне кажется, что этот процесс заканчивается и рабочие получают более достойные условия труда. У нас две истории успеха в развивающихся странах. Со временем работа будет становиться менее деформализованной, стороны будут переходить в более формализованные отношения. Это означает, что, по крайней мере в некоторых странах, источники влияния возвращаются в классические формы.

Вебстер. Мне кажется, что и вы пессимист и оптимист одновременно. Если мы говорим о пессимистическом взгляде, то основная проблема, которая стоит перед рабочим движением, это то, как мы можем влиять на деформализацию, как мы можем организовывать работу с прекариатными работниками. Мы видим что даже в Германии растет сектор низкооплачиваемых работников. Как можно к этому подойти, что можно с этим сделать? Можно с одной стороны установить какую-то минимальную ставку оплаты труда. Ввести правило, что зарплата не пускалась ниже определенного уровня. Можно подойти к решению проблемы таким способом. Но если вы вспомните мой пример о том, что произошло в Индии. Там неформальные рабочие, у которых не было структурного источника влияния, но они воспользовались своим правом голосовать в качестве граждан своей страны, и возможностью отдать свои голоса той партии, которая выполнит их требования. При этом они не прибегали к сфере влияния профсоюзов, они остались независимыми. Но можно привести и более традиционные примеры. Вы знаете, что крупнейший профсоюз в Индии, это профсоюз самозанятых женщин? Это профсоюз неформальных рабочих, это те женщины, которые работают на улицах страны. Это подрывает ваш аргумент, что невозможно организовать таких временных рабочих. Конечно, организовать таких работников сложнее, но посмотрите, влияние этих женщин возникает не на их рабочих местах, а на том, что они пытаются влиять на местные органы власти. Они выходят на улицы, они мобилизуют общественное мнение, для того чтобы добиться социальной справедливости. Может быть, мне необходимо повторить то, что я говорил в заключение своего выступления. Помните, в 1932 г. все эксперты-трудовики говорили, что рабочее движение умерло. Но на самом деле возникли новые формы организации – объединения промышленных профсоюзов. Посмотрим, как сейчас изменяется процесс труда и рабочего движения. Возможно, мы сейчас находимся в экспериментальной фазе, когда появляются новые формы организации рабочих движений. Если вернуться к оптимистической аргументации, посмотрите, очень интересно, что именно в Китае и, особенно в Бразилии, мы наблюдали, несмотря на рецессию 2008 г., процесс формализации труда. Министерство труда в Бразилии пыталось сделать все, что бы соблюдалось законодательство о труде. Проводилась работа, чтобы все виды занятости были зарегистрированы, чтобы выплачивалась минимальная зарплата. В Китае сейчас пред-институциональный этап, мы наблюдаем начало процесса формализации. Поэтому в своей лекции я упомянул институциональные источники влияния. Ведь я как раз и ратую за то чтобы создать формальные правила. Конечно, это требует передового новаторского мышления, особенно для юристов, которые работают над созданием трудового законодательства.

Н. Л. Лютов. В вашей лекции сегодня вы чаще всего ссылались на Гая Стэндинга , он выступал кем-то вроде спарринг-партера и у меня вопрос в связи с этим. Гай Стэндинг - выходец из международной организации труда и хорошо знает ее изнутри, и когда он выпустил несколько статей, содержащих острую критику МОТ, они наделали много шума, даже можно сказать вызвали скандал. Он писал, что МОТ - это агентство по глобализации, что вслед за вашингтонским консенсусом пришел женевский консенсус, что как раз в сфере труда МОТ является бюрократической организацией, которая замещает реальный социальный диалог. Интересно ваше мнение, как вы видите взаимоотношения МОТ и глобализации. И во вторых, ваша оценка взаимоотношения традиционных норм регулирования на международном уровне, которыми занимается МОТ, с международным социальным партнерством, которое вроде бы дружит с МОТ, но в тоже время находится в какой-то параллельной вселенной... А также отношения МОТ с международными правозащитными организациями, с социальной маркировкой знаменитой, с кодексами корпоративного поведения – как это все это с традиционным международным правом сочетается? И собственно говоря для работающего населения какие вы видите последствия этих процессов в МОТ?

 Вебстер. Вы затронули такие фундаментальные вещи... Давайте я начну отвечать на вопрос о Гае Стэндинге. Гай Стэндинг в своих работах пытался выразить глубинное разочарование в Международной организации труда . Ключевой посыл в его работах, что используя трехпартийную структуру: труд, бизнес, правительства нельзя решить современные проблемы ... он говорит о том, что это продукт определенной эпохи – промышленного, индустриального капитализма. Он говорит, что глобализация на самом деле подорвала все правила, которые устанавливались для регулирования рынка труда именно на национальном уровне. И мне кажется, что его разочарование в МОТ связано как раз с тем, что эта организация не справилась с проблемами глобализации. Я тоже придерживаюсь подобного мнения, что и он. Где я с ним не соглашусь, так это в том, что сейчас в рамках МОТ мы сейчас наблюдаем, что традиционная трехпартийная система разрушается. Спасибо, что вы задали этот вопрос. Возможно, я сейчас перейду в пропагандистскую плоскость, но к чему эта дискуссия привела? К появлению такого довода, что МОТ должна обеспечивать защиту инициативы по созданию в мировом рабочем движении глобальной структуры. Если мы хотим найти новые подходы к решению проблемы, нужно совершенно по другому посмотреть на труд. Не просто как на национальный проект, но как глобальный проект . Именно поэтому был основан глобальный университет труда. Концепция, которая легла в основу этого университета состоит в том, что нам необходимо воспитать новое поколение студентов. Поэтому они организовали магистерскую программу, посвящённую вопросам глобализации, и вопросам труда в контексте глобализации. Программа реализуется в течении пяти лет. Цель этой программы – создать новое поколение активистов по вопросам труда, а также создать новые учебные курсы в университетах. У нас есть отделения в Йоханнесбурге, Германии , Бразилии, Индии... Поэтому разрешите воспользоваться возможностью и, поскольку здесь сидят такие достойные представители Московской Высшей школы экономики, я хочу заявить о том, что необходимо вводить новые учебные курсы, в рамках которых труд будет рассматриваться именно в глобальном контексте. И хотя я согласен с профессором Лютовым, что Гай Стэндинг выражал свое разочарование, и это разочарование было закономерным, но при этом нельзя забывать, что организация МОТ изначально достаточно противоречивая. Любая организация, которая пытается представлять интересы и труда, и капитала, будет содержать большее количество противоречий. Я здесь не говорю, что я полностью отвечаю на ваш вопрос, но я хочу заявить, что у нас есть третья парадигма. Именно то, что я пытаюсь предложить. Труд уже сам по себе становится активным игроком, у нас организуются новые глобальные связи. Следовательно, труд уже готовит глобальный ответ на глобальный вызов. Может быть необходимо глобализовать структуры профсоюзов.

Е. Герасимова. Господин Вебстер сейчас говорил про программу Глобального Университета Труда, про создание новых курсов. Мы сейчас как раз обсуждаем с Глобальным университетом труда создание магистерской программы на базе Высшей школы экономики. Пока это, правда, у нас не очень получается, но со следующего года в наших магистерских программах будет, по крайней мере, один курс на английском языке, разработанный Глобальным Университетом труда для различных университетов мира. Мы надеемся, что со следующего учебного года этот курс у нас заработает. И в целом, если кого-то эта программа интересует, можете к нам на кафедру обращаться, я могу про это подробней рассказать.

Презентация выступления...


 Профессор Эдвард Вебстер был приглашенным участником научно-практической конференции «Трудовые конфликты: Россия в глобальном контексте», которая состоялась 14 ноября 2014 г. в здании Общественной палаты РФ


 Материалы по теме:

Что такое прекариат?


При подготовке материала использовались средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от от 17.01.2014 № 11-рп и на основании конкурса, проведенного ООД "Гражданское достоинство".

 

Быстрый переход по тегам

А
Авторский договор Альтернативный расчет пенсии Апелляция Ассоциация Юристы за трудовые права Аутсорсинг Аутстаффинг
Б
Безопасность на работе Безработный Биржа труда Больничный Больничный по уходу за ребенком Бонусы и премии
В
Ветераны Взыскание морального вреда Восстановление на работе Все о пенсиях Выдача "больничных" Выплата пенсии правопреемникам
Г
Гарантии беременным женщинам Гендерное равенство Годовые отчеты Государственный инспектор по труду Гражданский договор
Д
Денежные выплаты при профзаболевании Деньги вместо отпуска Дискриминация Дистанционный труд Дисциплинарные взыскания Должностные инструкции Доплата "за вредность" Дополнительный отпуск Дубликат трудовой книжки
Е
ЕСПЧ Европейский суд
З
Забастовки Задержка зарплаты Заемный труд Зарплата "в конверте" Зарплата в у.е. Застрахованные лица Защита трудовых прав
И
Издания Центра социально-трудовых прав Изменение должностных обязанностей Индексация пенсий Иностранный работник Иностранный работодатель Инспекция по труду Инструктаж по охране труда Интернет-консультация по трудовым правам Исковое заявление Испытательный срок
К
Как повысить заплату Кассационная жалоба Коллективные трудовые споры Коллективный договор Командировки Комитет по свободе объединения Компенсации Конвертация пенсионных прав Кондиционер на рабочем месте Консультация юриста по трудовым правам Кризисные увольнения
Л
Лица с семейными обязанностями
М
МОТ Материальная ответственность работника Международная организация труда Международное право Международные нормы Меня уволили Мероприятия Механизмы защиты от задержки зарплаты Мигранты Моральный вред
Н
Незаконное увольнение Неполное рабочее время Нестандартная занятость Несчастный случай на производстве Неустойчивая занятость
О
Образцы заявлений в суд Оплата "больничного" Оплата праздников и выходных Оплата сверхурочных Органайзинг Отпуск Отпуск за свой счет Отпуск по беременности и родам Отпуск по уходу за ребенком Охрана труда
П
Пенсии Пенсионный капитал Пенсия по старости Перевод Переработка Перерасчет зарплаты Перерасчет пенсии Подсчет трудового стажа Подтверждение трудового стажа Пособие на детей Пособие по безработице Пособия Пособия матерям Права женщин Права застрахованного лица Права профсоюза Права человека Правила отдыха Праздники Профсоюзы
Р
Работа в ночное время Работа в праздники и выходные Работа в районах Крайнего Севера Рабочий день Разрешение трудовых споров в суде Расчет выплат по "больничному" Расчет пенсии Регистрация профсоюза Рейтинговая оценка трудовых отношений
С
Свобода объединения Сексуальные домогательства Семья и работа Серая зарплата Слежка за сотрудниками Служба занятости Совместительство Совмещение работы и учебы Сокращение штата Социальная пенсия Социальное обеспечение Социальное страхование Страховой случай Страховые выплаты Судебный прецедент Суд первой инстанции
Т
Творческий стаж Трудовая книжка Трудовое право Трудовой договор Трудовой кодекс Трудовой отпуск Трудовой спор Трудовой стаж Трудовые гарантии Трудовые конфликты Трудовые мигранты Трудовые права беременных Трудовые протесты Трудовые споры Трудоустройство
У
Увольнение Увольнение по собственному желанию Увольнение по соглашению сторон Увольнение по статье Удержания из заработной платы Устав профсоюза Учет рабочего времени
Х
Хамство на работе
Ц
Центр социальнотрудовых прав
Ч
Черная зарплата
Ш
Штрафы на работе
Э
Экономическая экспертиза
п
права беременных